Быть ниже – это уже результат!
Герберт и Хартмут Бретз – два талантливых дизайнера, связанных братскими узами. Их деятельность постоянно критикуется, но это никак не мешает популярности, наоборот – о них говорит весь мир.
По словам братьев, мебельные шедевры Bretz восторгают не всех, но ведь и юбки от Гальяно, надетые на мужчин, также принимает не каждый. В то же время ни один сезон не оставляет творения Galliano без внимания. На модных показах всегда полные залы, где знаменитые критики спешат посмотреть, что же подготовил эпатажный модельер на это раз. Так и с братьями Бретз – они подобны Гальяно, но в мебельном мире. Стоит отметить, что в любой области всегда есть свои «гальяно» и «шанель», которые мирно существуют рядом друг с другом, не пересекаясь. И все же, «шанель» заслуженно восседает на вершине. Вот и в мебельной индустрии так: компания Bretz не стремится превзойти B&B и Capellini, но и останавливаться на достигнутом никто не собирается.
История марки
Свое начало Bretz ведет с 1895 года. Тогда элитные слои европейского общества были заняты судьбой Дрейфуса, которого все же помиловали, а также именем Людовика XV, чьи гарнитуры было решено уничтожить – мир простился с вазами, покрытыми эмалью, и экстравагантными одеждами. И вот место освободилось – настал звездный час для Bretz. Люди тут же оценили удобную и практичную мебель. В 1988 году наблюдается переломный момент. Компания должна была перейти к братьям Герберту и Хартмуту. Оказалось, что их подход к дизайну ну никак не совпадает с мнением основателя – их деда. В итоге братьев не вязли в семейный бизнес.
Революционное открытие
Братья Бретз решили создать с нуля свое предприятие. Тогда с ними работало всего 5 человек. Увы, маркетинг нещадно обломал крылья юным и дерзким молодым людям – средний класс совсем не хотел ставить в гостиной яркие диваны, а элите не было никакого дела до войлочной фурнитуры. И только через семь лет старания братьев окупились – они предложили рынку концепт CultSofa. Крупнейшие производители мебели тут же купили идею, а у Герберта и Хартмута появилась возможность вернуться в семью. С тех пор марка Bretz стала культовой, хотя и не всем она по душе даже сегодня.
Давайте разберемся. Пока стол будут считать столом, ничего не изменится – предмет так и останется обычным предметом, привычной мебелью. Не исключено, что кому-то вдруг придет в голову креативная идея – сделать из него, например, кровать или скамью. И такой момент уж точно настанет!
Самые смелые непременно воспользуются предложением, залезая на кухонный стол, пытаясь устроиться поудобнее. Они докажут всем, что в мире есть что-то более важное, чем вещи. И это будет их основной целью, дабы заставить всех поверить – в жизни можно обойтись небольшим набором предметов. Современный дом нынешнего века состоит из универсальных вещей, набор которых минимизирован. Но где же тогда обедать… Вот и получается, что подобного рода упрощение и попытка абстрагироваться от изначальных функций того же стола вряд ли приведет к чему-то стоящему. Все хорошо в меру. И это касается не только минимализма, а и гламура. Но человек больше тяготеет к избытку, чем к скромности. Пусть уж лучше лишним будет, чем потом горевать о нехватке. Так и с дизайном немецкого бренда Bretz. Фурнитура более чем роскошная, декор и отделка уж очень пафосные, яркие вспышки иррационализма в сочетании с провокацией и безвкусной броскостью – перед вами марка Bretz, место которой в Париже на креативной выставке Maison&Objects.
